Слово Гоголя в восприятии современного школьника

Из классиков нашей русской литературы последнее время наиболее загадочным, не до конца понятым, а порой даже не принятым в средних и старших классах в нашей педагогической практике оказывается Н. В. Гоголь.
На письменный вопрос о первом впечатлении от прочитанных ранее гоголевских произведений в ответ мы получили следующее:
«Зачем нам эта классика? Что нам сегодня далёкие персонажи и образы комедии «Ревизор» с их такими далёкими от нас чувствами и стремлениями? В нашем скоростном двадцать первом веке всё кипит, меняется на глазах, а у Гоголя всё статично, обыденно, всё кажется непонятным или устаревшим. Зачем нам этот давно прошедший девятнадцатый век, я не говорю уж о туманной дали более ранних столетий? Что мы оттуда для своей жизни возьмём, чему она нас научит, как поможет, как укажет дорогу в будущее? Что бы сказал тот же Тарас Бульба, взглянув на свою любимую Украину сегодня?
И зачем сына своего Тарас убил, когда сегодня спортсмены, заключая выгодные контракты с различными клубами, выступают не за Россию, а за тех, кто платит, вплоть до наших противников, а бизнесмены и политики отправляют своих детей учиться за границу, как будто в родной стране нет хороших вузов?»
Горько на душе от этого детского откровения, обидно становится за то, что наши ученики последнее время лишают классику жизни, представляют её неким застывшим монументом, которому хочешь или нет, а надо поклоняться и петь гимны. Как ответить ребятам на вопрос «Зачем нам эта классика?», как показать, что именно творчество Гоголя может помочь сверить свои мысли и чувства, не говоря уже о поступках, ведь Чичиковы, Хлестаковы и Андрии до сих пор живут среди нас? Как сделать так, чтобы школьник потянулся к книге Н. В. Гоголя, чтобы разобраться в сложностях дня сегодняшнего?
Виноват ли ученик, что «не дорос» ещё в своём мировоззрении до принятия и понимания суждений и мыслей самого мистического и таинственного из всех русских классиков автора? Вот те вопросы, которые мне как учителю не дают покоя.
Интересным остаётся тот факт, что старшие школьники с трепетом и тёплым чувством вспоминают прочитанные когда-то в 5--7-м классах «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Майскую ночь, или Утопленницу» или повесть «Вий», несмотря на то что эти ранние произведения Гоголя изобилуют такими непонятными и трудными для читателя малороссийскими словами и выражениями, там так много тайного и фантастического, жуткого и страшного.
Почему именно эти произведения у учащихся на особом счету?
На этот вопрос замечательно ответил ещё в 1934 году в своей книге «Духовный путь Гоголя» русский эмигрант К. Н. Мочульский: «…Гоголь не удовлетворился одной лишь фарсовой стороной своих ранних произведений. Сказалось присущее ему чутьё жизненной -- не измышлённой -- правды, благодаря чему он не остался на всю жизнь весёлым сказочником -- Рудым Паньком. Тем не менее, Гоголь единодушно был признан замечательным юмористом. Ему дорого пришлось расплачиваться за эту быструю славу… Звание юмориста осталось приклеенным к писателю на всю жизнь».
На наш взгляд, школьники воспринимают сегодня творческое наследие Н. В. Гоголя поверхностно: принимают его юмор и смех и отвергают философию большего количества его серьёзных произведений.
В этом конкретном случае в защиту творчества русского классика на уроках уместно призвать влиятельный современный журнал, вспомнить слова известного критика В. Г. Белинского. Владимир Воропаев в одной из статей о Гоголе в шестом номере журнала «Литература в школе» за 2002 год ответил на вопрос о «непринятии» серьёзных художественных творений Гоголя так: «…И когда он перестал смешить и заговорил о Боге, никто не поверил, что комический писатель может быть учителем». Можно добавить к вышеприведенным словам ученика: «Кто же в тринадцать -- пятнадцать лет хочет, чтобы над ним стоял ещё один учитель, чтобы его заставляли не просто читать, а мыслить и рассуждать? Ведь Гоголь создавал свои произведения как раз для такого вдумчивого и творческого читателя».
В. Г. Белинский ещё в девятнадцатом веке ставил в один ряд А. С. Пушкина и Н. В. Гоголя, считал, что надо чтить культурное наследие и классику. Примечательны в этом случае его слова: «Пушкин и Гоголь -- вот поэты, о которых нельзя сказать: «Я уже читал!», но которых чем больше читаешь, тем больше приобретаешь». Хорошие слова!
Н. В. Гоголь много писал о значении русского языка, о его богатстве, разнообразии, красоте, ёмкости и поэтичности. На уроках литературы и русского языка при решении разных методических и воспитательных задач мы часто обращаемся к высказываниям самого Гоголя о языке. Приведем некоторые наиболее яркие из них:
«…Необыкновенный язык наш есть ещё тайна. В нём все тоны и оттенки, все переходы звуков от самых твёрдых до самых нежных и мягких; он беспределен и может, живой как жизнь, обогащаться ежеминутно…»,
«…Нет слова, которое было бы так замашисто, бойко, так вырвалось бы из-под самого сердца, так кипело и животрепетало, как метко сказанное русское слово»,
«Дивишься драгоценности нашего языка: что ни звук, то и подарок; всё зернисто, крупно, как сам жемчуг, и, право, иное названье ещё драгоценней самой вещи».
А сколько положительных и точных высказываний в адрес прочитанных гоголевских произведений хранит культурное наследие! Вот некоторые из тех, которые часто используются нами в педагогической деятельности.
Рассказывая ученикам в лекции о народности повестей Н. В. Гоголя, можно вспомнить слова критика В. Г. Белинского, который по этому поводу сказал следующее: «Гоголь -- поэт, поэт жизни действительной». Или если хотите подчеркнуть поэтичность ранних гоголевских произведений, приведите в пример сказанное А. С. Пушкиным: «Сейчас прочёл «Вечера на хуторе близ Диканьки». Они изумили меня. Вот настоящая весёлость, искренняя, непринуждённая, без жеманства, без чопорности. А местами какая поэзия! Какая чувствительность! Всё это так необыкновенно в нашей литературе, что я доселе не образумился».
Живописно и красочно гоголевское слово. Ещё В. Г. Белинский в статье «Русская литература в 1843 году» очень верно подметил, что Гоголь не пишет, а рисует, «его фраза, как живая картина, мечется в глаза читателю, поражая его своей яркой верностью природе и действительности». Возьмем на вооружение и эту замечательную мысль!
В подтверждении реалистичности творчества Гоголя звучат слова академика В. В. Виноградова: «Гоголь в своих произведениях, продолжая пушкинскую традицию, использует поэтическое слово как художественное отражение действительности и выражение внутреннего содержания личности и общества».
В седьмом классе при изучении повести Гоголя «Тарас Бульба» ведём разговор с учениками о патриотизме. Ярким примером становятся для школьников слова, сказанные о писателе и его творениях Н. Г. Чернышевским: «…Ни в ком из наших писателей не выражалось так живо и ясно сознание своего патриотического значения, как в Гоголе. Он прямо себя считал человеком, призванным служить не искусству, а отечеству…».
«Поэтика Гоголя -- это система намёков, недомолвок, оговорок и двусмысленностей: смысловая двуплановость заглавий очень важна для верного понимания гоголевского текста. При этом следует учитывать желание Гоголя мистифицировать читателя, нужно не только не поддаваться на «ложный ход», но и обнаруживать его смысл. Только внимание к словесной игре позволяет нам приблизиться к мудрому и высокому строю гоголевского творчества», -- так считает автор статьи «О названиях повестей Гоголя» А. С. Немзер, напечатанной к 170-летию Н. В. Гоголя в журнале «Русская речь». Эти слова стоит произнести, когда на уроках говорите об одной из отличительных черт гоголевской поэтики -- ёмкости слова. Н. В. Гоголь умел вложить в одно слово сразу несколько смыслов. И это обязательно надо показать детям на примере названий его произведений, таких как «Вечера на хуторе близ Диканьки» и «Ночь перед Рождеством», самого сборника «Миргород», «Невский проспект», «Портрет», «Нос», «Коляска», «Шинель».
Можно предложить им проблемный вопрос для домашнего задания: «Что таит в себе название второго сборника повестей «Миргород»?» или «Почему повесть названа «Коляска» («Шинель»), а не как-то иначе?». Или попросить сильного ученика сделать доклад на тему «О чём говорят названия повестей Н. В. Гоголя?», порекомендовав ему обратиться к статье А. С. Немзера.
С целью реабилитации творческого наследия Гоголя на уроках и во внеклассной деятельности необходимо особое внимание уделять языку его художественных произведений, несмотря на тот факт, что в программах по литературе количество часов, отведенных на изучение творчества Гоголя, сокращается (например, в программе под редакцией В.Я.Коровиной, утверждённой приказом Минобразования России в 2004 году).
 
 
Кондратьева И. Г.
учитель русского языка и литературы первой квалификационной категории,
средняя общеобразовательная школа № 185 Октябрьского района города Новосибирска
Copyright © 1999-2014 "Сибирский учитель"
Сайт поддерживается по заказу Новосибирского института повышения квалификации и переподготовки работников образования в Областном центре информационых технологий и является участником Новосибирской открытой образовательной сети